МУЗЕЙ КИНО Aleksandra Москва-Таллинн 1997
Это издание осуществлено при поддержке Шведского Института и Посольства
Швеции в России
Перевод со шведского А. Афиногеновой
Предисловие В. Гульченко
Редактор и автор комментариев В. Забродин
САМОПОЗНАНИЕ БЕРГМАНА
Прошлое - слишком серьезная вещь, чтобы с ним можно было не считаться,
в отличие от будущего, в котором мы, как нам по нашему легкомыслию кажется,
совершенно свободны. Но прошлое не угнетает своей завершенностью, напротив,
оно позволяет по мере отдаления от него окидывать его новым "взрослеющим"
взором. Прошлое возбуждает фантазию. Оно ведь существует в нас, в нашем
сознании, стало быть, мы и заведуем собственным прошлым, мы вправе и
переиначивать его, если это потребуется.
С годами в Бергмане все сильнее растет "желание проникнуть в тайны,
кроющиеся за стенами действительности", усиливается любопытство к прошлому,
которое по непосредственности его проявлений впору назвать детским или, что
правильней, здоровым.
Для чего он пишет книги, где вспоминает о своей работе в кино и театре?
Да он просто тем самым удовлетворяет свое любопытство к прошлому - и только.
Как все и все меняясь во времени, он был готов вслед за вышедшей книгой
"Бергман о Бергмане" (она издана на русском языке в 1985 г.) приняться за
такую же, с тем же названием, но по своему содержанию уже другую.
В искусстве быть другим, оставаясь собой, Бергман, пожалуй, превзошел
многих своих современников. Он продолжает писать книги, как продолжает жить
в искусстве, не раз объявляя о своем уходе из театра, как когда-то объявлял
об уходе из кинематографа. Вот и сейчас Бергман вновь вернулся в свой
"Драматен" и намерен выпустить в феврале 1998 года премьеру пьесы Пера
Энквиста "Художники". Между прочим, квартет действующих в этой пьесе лиц
составляют знаменитые соотечественники Бергмана: писательница Сельма
Лагерлеф, кинорежиссер Виктор Шестрем, актриса Тора Тейе и оператор Юлиус
Янссон. Время действия - 1920-й год. Вышедший именно в том году фильм В.
Шестрема "Возница" оказал на Бергмана огромное влияние. "В сущности, я все
время живу во снах, а в действительность наношу лишь визиты", - напишет он в
"Картинах". Это очень важное признание Бергмана помогает понять ход мыслей
автора, свободный полет фантазии его недремлющей памяти. Да, да, именно так:
в книге "Картины" мы имеем дело с фантазией памяти. Ее написал человек, для
которого вымышленная жизнь очень часто бывает подлинней и ближе жизни
реальной. Виктор Шестрем сыграл в "Земляничной поляне" Исаака Борга, внешне
напоминающего отца Бергмана, но внутренне похожего и на него самого.
...
Отец мой воинству готовиться к отпору
И на стенах стоять уже вчера велел.
Селим полки свои возвел на ближню гору,
Чтоб прямо устремить на город тучу стрел.
На гору как орел всходя он возносился,
Которой с высоты на агньца хочет пасть;
И быстрой конь под ним, как бурной вихрь, крутился,
Селимово казал проворство тем и власть...
